Московское машиностроение уходит от китайского участия?

Поиск китайского следа в продукции современного машиностроения — любимая тема отечественных наблюдателей

К примеру, в Москве, пожалуй, самым известным примером использования китайских технологий с начала ввода многочисленных антироссийских санкций стало возрожденное производство на бывшем заводе французской Renault. Когда в 2022 году в СМИ появились первые сообщения о планах возобновить на этой площадке выпуск «Москвичей», инсайдеры сразу говорили, что будут собираться китайские автомобили, конкретно — от концерна JAC. Так, издание «Нос» писало, что «на обновленный «Москвич» зовут китайцев с проектом отверточной сборки». Однако власти разговоры о перелицованных версиях импортных машин поначалу не поддерживали. Впрочем, о проблеме недостаточной локализации автомобилей «Москвич», как выяснилось, думали...

И спустя два года, в 2024 году, мэр Москвы Сергей Собянин в этом контексте, как передавали профильные СМИ, уже произнес слово «китайский»: «Нужно развивать собственные модели, и мы этим занимаемся. Сейчас «Москвич» — это уже не только китайская машина. В 2024 году стартовала мелкоузловая сборка, что соответствует второму уровню локализации. Параллельно создается своя платформа. Это значит, что «Москвич» может выпускать либо полностью локализованные автомобили, либо вовсе новую собственную модель».

Появилось в этом ряду еще одно любопытное крупное машиностроительное предприятие. Пару месяцев назад Сергей Собянин объявил, что в Москве создадут первый в России кластер лифтостроения. Речь идет о Карачаровском механическом заводе (КМЗ). Сообщалось, что нежилая наземная площадь объектов КМЗ увеличится более чем в три раза — до 194,22 тыс. кв. м, причем большую часть новых объектов возведут за счет частных инвесторов. В результате модернизации завода его производственная мощность возрастет до 12 тысяч лифтов в год. Предприятие сможет выпускать тяжелые и коммерческие эскалаторы, траволаторы, подъемные платформы для людей с ограниченными возможностями здоровья, станции управления, мультимедиаэкраны для вертикального транспорта и другие компоненты лифтового оборудования.

На днях градоначальник вернулся к теме, он сообщил подробности. 

«Правительство Москвы стало владельцем предприятия, чтобы сохранить одного из лидеров лифтостроительной отрасли. Мы не только предотвратили сокращение рабочих мест, но и расширяем штат, реализуем комплексную программу модернизации производства, разрабатываем и производим новые современные модели лифтов (..) КМЗ последовательно уходит от использования китайских комплектующих и переходит на российские компоненты, в том числе собственные», — написал Собянин. По его словам, переоснащать производственные участки завода начали в 2025 году. В частности, для металлообработки закупили пять высокоточных установок лазерного раскроя московского производителя «Лассард» и др.

На днях и «Москвич», кстати, объявил о планах перевести одну из своих новых моделей — кроссовер M70 — на мелкоузловую сборку. 

«К концу 2026 года для линейки М мы готовим переход модели М70 на мелкоузловую сборку со сваркой и окраской кузовов», — сообщили в пресс-службе АО МАЗ «Москвич». 

Пока ее собирают в Москве методом крупноузловой (отверточной) сборки из готовых машинокомплектов, поставляемых из Китая. Машина является даже не совсем китайской — это перелицованная версия кроссовера MG HS, бывшей британской марки MG, которая сейчас принадлежит китайскому концерну SAIC.

На днях председатель комитета Госдумы по защите конкуренции Валерий Гартунг заявил, что в России «импортозамещение зашло в тупик из-за неспособности местных производителей конкурировать с Китаем, предлагающим продукцию по низким ценам. Практически во всех отраслях китайские компании с помощью демпинга захватили рынки, в результате чего началось падение производства», считает парламентарий. 

«Сегодня работа по импортозамещению, хотя и не провалилось полностью, но утратило импульс на фоне вмешательства Китая», цитирует gazeta.ru депутата.

«Сейчас все это рухнуло, потому что у Китая и в мире в целом перепроизводство, страны пытаются на экспорт отправить все избытки, просто демпингуют, чтобы захватить рынки, — убежден Гартунг. — У Китая самые большие в мире возможности по снижению цен. Он просто заваливает Россию этими ценами, уничтожая российских производителей».

До этого депутат Госдумы Александр Воробьев заявил, что, напротив, у нас ведется или как минимум декларируется активная работа по импортозамещению практически во всех отраслях российской экономики – так, по некоторым оценкам, в машиностроении и промышленности доля импорта снизилась до 40%.

Действительно ли кое-где у нас получается отказываться от китайских технологий? 

Кандидат экономических наук Михаил Беляев высказал мнение «Московской газете»: «Я как марксист скажу, что экономический базис многое определяет. Но необходимы воля и желание людей — если политическая воля есть, то достижимы любые результаты, хотя, конечно, 100-% -го результата бывает трудно достичь. Мы ушли от представления о том, что «иностранцы придут и все нам сделают». Теперь, «не отрывая бинты от ран», мы уходим от отверточной сборки к полноценному отечественному производству. Двигаться в этом направлении нужно, поскольку это будет положительно влиять и на сопредельные отрасли. Есть заказчик, найдется поставщик. Не производит пока, поскольку не понимает, кому их может поставить.

«Мы стали больше думать о технологическом суверенитете и безопасности страны в широком смысле слова — опора на другие страны, даже если это дружественная страна, должна быть ограничена», — убежден эксперт.