Государство перейдет к стратегии «управляемой гибкости» курсом рубля

На фоне рекордно усилившегося рубля финансовые власти оказались перед дилеммой: поддерживать социальную стабильность через низкую инфляцию или обеспечивать промышленный рост и наполнение казны через девальвацию

Каковы плюсы и минусы крепкой национальной валюты с точки зрения населения и государства? В чем различия? Каковы шансы, что государство начнет регулировать курс рубля?

«Основной позитивный эффект укрепления рубля – дезинфляционный. Прежде всего это отражается на стоимости импортируемой продукции – товаров, сырья, материалов, комплектующих, а также на стоимости импорта услуг (например, поездки за рубеж). При укрепляющемся рубле их стоимость в рублях либо растет не так быстро, либо даже снижается. То есть, товары и услуги с высокой долей импортной составляющей становятся доступнее для потребителя, а у предприятий появляется возможность приобрести импортное оборудование на более выгодных условиях. А более ощутимый процесс замедления инфляции позволяет Банку России продолжить снижение ключевой ставки, снижая при этом и стоимость обслуживания госдолга, и расходы Минфина по кредитам с субсидируемой процентной ставкой», — сказала «Московской газете» руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» Ольга Беленькая.

Каковы минусы?

«У укрепляющегося рубля есть и негативные эффекты. Во-первых, для экспортеров крепкий рубль ухудшает финансовые результаты, поскольку основные издержки они несут в рублях, внутри страны, а валютная выручка конвертируется в меньшее количество рублей. Также из-за крепкого рубля бюджет «недобирает» доходы, связанные как с экспортом (прежде всего, нефтегазовые доходы), так и с импортом (НДС, акцизы)», — добавила эксперт.

Но ведь с точки зрения населения крепкий рубль имеет несомненные преимущества.

«Для граждан крепкий рубль в условиях замороженных доходов превращается из блага в бумагу. Да, импортные товары и путешествия формально доступнее, но отсутствие роста зарплат и социальных выплат сводит этот эффект на нет. Для властей эта комбинация — крепкий рубль плюс стагнация доходов — проявляет сложнейшую дилемму. С одной стороны, сильная валюта помогает сдерживать инфляцию и сохранять социальную стабильность. С другой, бюджет теряет доходы от экспорта, что ограничивает возможности для прямых социальных инъекций и поддержки спроса», — рассказала консультант по стратегическому и антикризисному управлению, генеральный директор «Вместе.ПРО» Олеся Бережная.

Следует ли ждать, что государство возьмет управление курсом рубля в свои руки?

«В данном контексте вероятность регулирования приближается к 100%. В этих условиях шансы на активное регулирование курса становятся практически абсолютными. Государству потребуется пойти на ряд мер:

- ослабить рубль для поддержки экспортеров и бюджета, даже рискуя краткосрочным ростом цен;

- жестко контролировать этот процесс, чтобы не допустить обвальной девальвации и паники;

- направлять дополнительные бюджетные доходы от ослабления рубля на точечные социальные программы, чтобы компенсировать населению рост стоимости импорта.

Можно ожидать перехода к модели «управляемой гибкости», где курс будет использоваться как тактический инструмент для решения конкретных задач: то для борьбы с инфляцией, то для пополнения казны», — отметила эксперт.

Однако командно-административным управлением курса национальной валюты, как было при СССР это едва ли обернется.

«Возврат к директивному, фиксированному государственному регулированию курса (как это было в плановой экономике) практически исключен. Банк России и правительство сохраняют приверженность режиму плавающего валютного курса, который выполняет роль ключевого «амортизатора» для подстройки экономики к внешним шокам. Однако механизмы косвенного, рыночного регулирования государством активно задействуются и будут усиливаться», — поделился своим мнением с «Московской газетой» ассистент кафедры гуманитарных наук факультета социальных наук и массовых коммуникаций Финансового университета при правительстве РФ Ярослав Климов.

«С сугубо экономической точки зрения выгода населения здесь очевидна: сильная валюта выступает мощнейшим антиинфляционным щитом. В правительственных коридорах и офисах Минфина ситуация видится под совершенно иным углом. Здесь крепкий рубль воспринимается как серьезный вызов бюджетному планированию. Мы должны признать, что доходы казны в 2026 году по-прежнему критически зависят от экспорта энергоресурсов, металлов и удобрений. При конвертации валютной выручки по низкому курсу в бюджете образуется разрыв, который приходится закрывать либо за счет наращивания государственного долга, либо через расходование накопленных резервов», — сказал изданию старший преподаватель кафедры экономики и государственного управления Славяно-греко-латинской академии, доктор делового администрирования (MBA/DBA) Роман Синицын.

Следует ли ждать регулирования курса рубля?

«Скорее всего мы увидим не официальное регулирование, а достижение некоего негласного консенсуса о «золотой середине» — курсе, который позволит балансировать интересы импортеров и экспортеров. Если рубль продолжит укрепляться сверх фундаментально обоснованных значений, правительство просто ослабит валютный контроль, стимулируя отток избыточной ликвидности. В текущих реалиях 2026 года равновесие находится не в свободном поиске рыночной цены, а в точке пересечения бюджетной необходимости и социальной приемлемости. Мой прогноз таков: государство не будет «рисовать» курс, но сделает всё, чтобы к осени рубль плавно и контролируемо ослаб до уровня, обеспечивающего комфортное исполнение бюджета», — резюмировал эксперт.