Правительству предстоит не допустить «шоковой терапии 2.0» после отмены санкций

Западные ограничения, введенные в отношении России, произвели структурные изменения в отечественной экономике и вызвали масштабное переключение логистических связей с Запада на Восток. Определенные сектора отечественной экономики при отсутствии конкуренции начали энергично развиваться. Чтобы не перекрыть воздух «молодым росткам» инновационной экономики даже при условии отмены санкций, возврат западных компаний на российский рынок займет годы, и потребует определенной регулировки, в частности тарифной

Россия уже не один год находится под санкциями — можно ли сказать, что экономика к ним полностью адаптировалась?

«Годы жизни под беспрецедентным внешним давлением породили две полярные иллюзии: либо «мы всё преодолели и стали сильнее», либо «санкции вот-вот нас додавят». Истина, как это часто бывает в экономике, находится посередине. Логистические цепочки были перестроены, хотя и стали существенно длиннее, а финансовые расчеты, пусть и с трудом, идут через третьи страны. Взгляните на структуру нашего импорта: если раньше мы закупали передовые европейские станки, то теперь более 40% импорта приходится на Китай, чье оборудование часто требует адаптации или уступает в производительности. Мы стали более суверенными, но менее эффективными. Рост транзакционных издержек — комиссии посредникам, достигающие 5–7%, и усложнившаяся логистика — съедает маржу, которую можно было бы пустить на инвестиции. На ситуацию влияет и кадровый голод: при безработице, застывшей на историческом минимуме, бизнесу просто некем расширять производство», — сказал «Московской газете» политолог, доктор делового администрирования (MBA/DBA) по юриспруденции, экономике и управлению Роман Синицын.

Если санкции отменят, не травмирует ли это нашу экономику?

«За последние годы в России благодаря вынужденному протекционизму и бюджетным вливаниям выросли целые сектора, которые я бы назвал «тепличными». Импортозамещение сработало там, где государство активно субсидировало ставки или закрывало рынок, но у нас появились производители софта, оборудования и продуктов питания, занявшие ниши не столько из-за своей эффективности, сколько из-за отсутствия конкурентов. Если завтра «шлюзы» откроются и на рынок хлынут товары мировых гигантов — с их отлаженным маркетингом, колоссальным эффектом масштаба и доступом к дешёвым кредитам, — для многих предприятий это станет неприятностью. Это классическая проблема infant industry, защиты молодых отраслей. Сценарий мгновенной отмены барьеров может привести к эффекту, который пережили страны Восточного блока в 90-е: массовое банкротство национальных производств, не выдержавших конкуренции с глобальными брендами. То, что мы строили эти четыре года, может быть остановлено за месяцы потому, что условный глобальный концерн может предложить цену и качество, недостижимые для компании, которая пытается копировать технологии в изоляции и привлекает кредиты под двузначные проценты», — добавил эксперт.

Значит России не нужна отмена западных санкций?

«Означает ли это, что нам не нужно снятие санкций? Ни в коем случае. Долгосрочная изоляция — это путь к технологической стагнации и отставанию. Однако, когда политическое потепление наступит, экономическому блоку правительства предстоит решить сложнейшую задачу управления открытостью, чтобы не допустить «шоковой терапии 2.0». Потребуется умный протекционизм, исключающий обнуление пошлин в один день. Возвращение западных товаров должно происходить поэтапно, через систему тарифных квот, давая нашему бизнесу время на подготовку. В стратегически важных отраслях, таких как сложное машиностроение или IT, государство должно сохранять преференции для отечественного продукта, но не бесконечно, а на четко оговоренный срок в 5–7 лет, чтобы стимулировать компании к повышению эффективности, а не к «паразитированию» на господдержке», — резюмировал Роман Синицын.

В каких отраслях импортозамещение произошло наиболее успешно?

«Основными отраслями с наиболее удачными проектами в сфере импортозамещения называют химическую промышленность, фармацевтику, машиностроение. При этом следует отметить и рост экспорта с учётом переориентации на азиатские рынки. Конечно, достаточно трудно заместить общеизвестные бренды в люксовом сегменте (например, в одежде или аксессуарах), однако мы наблюдаем активный выход на парфюмерный рынок восточных марок. Следует отметить, что в целом тенденция складывается достаточно позитивная, при этом несомненным преимуществом является применение налоговых преференций, в т.ч. особых экономических зонах», — сообщила «Московской газете» доцент кафедры налогов и налогового администрирования факультета налогов, аудита и бизнес-анализа Финансового университета при правительстве РФ Елена Смирнова.