Что будет определять российский бюджет на будущие годы

Даже, если нефтяные цены продержатся до конца года на нынешнем рекордном уровне, этого не хватило бы, чтобы перекрыть уже образовавшийся разрыв между доходами и расходами бюджета. Не говоря уже о параллельных потерях от запрета на экспорт дизеля. Основным инструментом покрытия бюджетного дефицита в 2026 году остаются государственные заимствования

Россия на фоне напряженности вокруг Ормузского пролива получает сейчас рекордные доходы от экспорта нефти. 

Как благоприятная ситуация на рынке энергоносителей отразится на российском бюджете? Имеет ли смысл направить часть этих средств на покрытие растущего дефицита бюджета?

«Россия получила в конце сентября рекордную для одной недели выручку от экспорта нефти с 2022 года — 2,75 млрд долларов. Дневной объём поставок к 27 сентября достиг 3,71 млн баррелей — максимум с начала августа. Но здесь важна деталь: этот рекорд «съедается» запретом на экспорт дизеля. Власти с конца января 2026 года вводили и продлевали запрет на вывоз дизельного, судового топлива и газойлей — сейчас он действует до 31 октября. А Россия — один из крупнейших поставщиков дизеля в мире, до ограничений обеспечивала около 10% мировых морских поставок. То есть, рекорд по сырой нефти — лишь часть картины: параллельно страна теряет валютную выручку от экспорта нефтепродуктов, и итоговый эффект для всего нефтегазового сектора заметно скромнее, чем ставится в вопросе про «рекордную неделю», — рассказал «Московской газете» экономист Денис Федотов.

Поможет ли благоприятная конъюнктура закрыть растущую бюджетную дыру, и как в целом отразится на экономике?

«Дефицит федерального бюджета за январь-август 2026 года уже достиг 5,795 трлн рублей, или 2,5% ВВП — это уже больше, чем весь дефицит, заложенный законом на 2026 год целиком (3,786 трлн рублей, 1,6% ВВП), до конца года остаётся ещё четыре месяца. Показательно, откуда идёт эта дыра: нефтегазовые доходы за восемь месяцев упали на 16,7% год к году, до 5,019 трлн рублей — Минфин объясняет это в первую очередь более слабым средним курсом доллара и снижением цен на нефть в IV квартале 2025-го и I квартале 2026 года, которые учитываются при расчёте налога на дополнительный доход с лагом. Бюджет пока вытягивает ненефтегазовые поступления — они выросли на 18,1%, до 20,9 трлн рублей, в основном за счёт НДС (+26,3%). Расходы же растут быстрее доходов в целом — 31,7 трлн рублей, +14,7% год к году», — добавил эксперт.

Экономика России продолжает зависеть от нефтяных котировок? 

По словам Дениса Федотова, «нефтегазовые доходы бюджета формируются не из валютной экспортной выручки напрямую, а через экспортные пошлины, НДПИ и НДД, которые считаются от среднего рублёвого значения цены Urals за определённый период. Крепкий в этом году рубль механически уменьшает рублёвый эквивалент даже растущей долларовой выручки — каждый доллар нефтяных доходов конвертируется в меньшее число рублей, чем год назад. А сама разовая недельная сумма — это порядка 230-250 млрд рублей по текущему курсу, то есть капля на фоне накопленных 5,8 трлн рублей дефицита».

Нефтяные котировки в мире растут на фоне напряженности на Ближнем Востоке. Почему в таком случае доходы России от экспорта нефти снижаются?

«Скорректированный Счётной палатой прогноз нефтегазовых доходов на 2026 год до 7,3 трлн рублей на 18% ниже утвержденного объема в 8,92 трлн рублей показывает, что при даже при сохранении рекордных темпов экспорта недополучение нефтегазовых доходов за год составит 1,6 трлн рублей. Сдерживающее действие на рублевые поступления оказывают два структурных фактора, а именно — каждый доллар нефтяной выручки конвертируется в меньший объем рублей, что напрямую сокращает налоговую базу НДПИ и экспортных пошлин при среднегодовом курсе 76-80 рублей за доллар против заложенных в бюджет 92,2 рубля; а также демпферный механизм, поскольку компенсации нефтяным компаниям за сдерживание внутренних цен на топливо во 2 кв. 2026 г. достигли 622,4 млрд рублей, что около 28% совокупных нефтегазовых доходов за квартал. Фактически значительная часть дополнительно полученных от экспорта средств возвращается отрасли в виде субсидий, что существенно снижает чистый фискальный эффект от роста цен», — отметила профессор кафедры налогов и налогового администрирования Финансового университета при правительстве РФ Наталья Рубан-Лазарева.

Согласно бюджетному правилу при превышении «цены отсечения» нефти экспортные доходы идут не в бюджет, а в «кубышку».

«Необходимо учитывать, что в 2026 году при исполнении бюджета в России в полной мере действует бюджетное правило в отношении нефтегазовых доходов — поступающие доходы при цене отсечения свыше 59 долларов США за баррель нефти (т.н. дополнительные нефтегазовые доходы) не попадают в бюджет текущего года, а стерилизуются в Фонде национального благосостояния и идут на формирование золотовалютных резервов», — пояснила профессор кафедры налогов и налогового администрирования Финансового университета при правительстве РФ Ольга Синенко.

Почему основная часть выручки от продажи нефти отправляется не на погашению дефицита бюджета, а складывается в ФНБ?

«Дефицит федерального бюджета пока что здоровый по международным меркам. При этом ценовая премия — величина подвижная. Ближневосточные риски могут ослабнуть, азиатский спрос — колебаться в такт с китайским деловым циклом, санкционный режим — эволюционировать. Устойчивость к этим колебаниям — вопрос структурный, а не конъюнктурный. Международный опыт стран с сырьевой моделью показателен. Норвегия, Канада, ОАЭ в разное время оказывались в схожей точке: высокие сырьевые доходы плюс окно возможностей на несколько лет. Государства, направившие сверхдоходы в суверенные фонды, инфраструктуру и технологический сектор, через десятилетие получили запас прочности. Норвежский пенсионный фонд — тому наглядное подтверждение. Российская модель имеет собственные особенности: ФНБ работает, бюджетное правило действует, институциональная база для стратегических инвестиций создана. Разница между тактикой и стратегией использования нефтегазовых доходов определит бюджетную конструкцию на будущие годы», — резюмировал в беседе с «Московской газетой» старший преподаватель кафедры экономики и государственного управления Славяно-греко-латинской академии, доктор делового администрирования (MBA/DBA) Роман Синицын.

Напомним, Минфин России внес на рассмотрение в Правительство РФ пакет законопроектов, включающий в себя законопроект о федеральном бюджете на 2027 год и на плановый период 2028 и 2029 годов, законопроект об особенностях исполнения федерального бюджета на трехлетку, а также законопроект о внесении отдельных изменений в Налоговый кодекс РФ для повышения устойчивости бюджетной системы. «Проект бюджета сформирован сбалансированным. Он позволит выполнить все обязательства государства и сохранить макроэкономическую стабильность при любых возможных изменениях. Устойчивость бюджета – это не только вопрос достаточности ресурсов, но и качества управления ими. Поэтому в бюджетном пакете предусмотрен комплекс мер по приоритизации расходов, а ресурсы сосредоточены на наиболее значимых для государства и граждан направлениях. Все решения бюджетного пакета направлены на то, чтобы обеспечить устойчивость государственных финансов и создать условия для долгосрочного экономического роста страны», – отметил Министр финансов Антон Силуанов.

Ранее издание gazetametro.ru писало, что по итогам первого квартала дефицит бюджета уже достиг 5,8 трлн рублей, составив 2,5% от ВВП. Эксперты опасаются, что на этом фоне, если ничего не изменится, в этом году придётся снова повышать налоги для бизнеса.