России предстоит смена экономической модели

Развитие российской экономики в текущих условиях и уход от экспортно-сырьевой модели сталкиваются с противоречиями

В новой экономической реальности чистый экспорт стагнирует и не может быть такой весомой частью российского ВВП, как это было раньше, поэтому приоритетом становятся внутреннее потребление и внутренний спрос, рассказал «Московской газете» экономист, главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев.

«Стоит задача вернуть в экономику те деньги, которые россияне из неё выводят, обналичивая вклады. Для этого и нужно стимулировать внутренний спрос, чтобы люди покупали товары и услуги. Но для такого роста спроса необходимо выстраивать экономику предложения, то есть поддерживать производство товаров и услуг», — заметил Игорь Николаев.

При этом поддержка производства осложняется растущей фискальной нагрузкой и регуляторной ролью государства в экономике, пояснил экономист.

«Для развития производства налоговую нагрузку и административный фактор лучше снижать, а сейчас это очень непросто. Конечно, чем больше денег тратится в бюджетных отраслях, тем больше надежда, что они пойдут в экономику, и правительство принимает меры в этом направлении. Но главное – задействовать накопления, которые россияне снимают с вкладов», — подчеркнул Игорь Николаев.

Новая экономическая реальность заключается прежде всего в постепенном отходе от сырьевой модели, однако для стимулирования внутреннего рынка необходимо преодолеть противоречие между необходимостью поддерживать производство товаров и услуг и усилением фискально-регуляторного контура в экономике, заключил главный научный сотрудник Института экономики РАН.

Можно предположить, что сейчас государством ведётся поиск резервов роста экономики за счет нескольких направлений, рассказала «Московской газете» руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» Ольга Беленькая:

«Во-первых, это повышение производительности труда за счет оптимизации процессов, роботизации, цифровизации, использования искусственного интеллекта. Однако есть практические детали по ограничениям в интернете, которые уже заметно повлияли как на потребителей, так и на бизнес».

Приоритезация бюджетных расходов с учетом их влияния на потенциал роста экономики, вероятно, не единственный критерий в текущих условиях, считает Ольга Беленькая. Также приоритетом может быть сохранение гибкости экономики и рыночного ценообразования, поддержка конкуренции.

«Есть также попытки решить проблему дефицита кадров за счет привлечения на рынок труда менее вовлеченных категорий (молодежь, пенсионеры, предпенсионеры), увеличения гибкости рынка труда. Сейчас экономика близка к полной занятости, безработица — к историческим минимумам. При этом, как отмечается в резюме обсуждения ключевой ставки (Банк России), одни компании, наблюдающие рост спроса и готовые наращивать выпуск, не могут этого сделать из‑за дефицита персонала, а другие продолжают нести издержки по его удержанию. В этих условиях рынок труда подстраивается преимущественно через замедление роста заработных плат и премий, а также расширение неполной занятости», — отметила аналитик. 

В отношении внутреннего спроса Банк России в конце 2024 г. -первого полугодия 2025 г. проводил очень жесткую ДКП (денежно-кредитную политику) для замедления инфляции и охлаждения «перегрева» внутреннего спроса по сравнению с возможностями увеличения предложения. Рост спроса существенно затормозился, что оказывает давление на экономику, в частности, на гражданские отрасли промышленности, пояснила аналитик. С июня 2025 г. Банк России снижает ключевую ставку, но ДКП остается жесткой. Тем не менее министр экономики Максим Решетников видит возможности для увеличения внутреннего спроса – за счет роста зарплат, снижения нормы сбережений, а затем – вследствие эффекта от снижения ключевой ставки.

«Регуляторы проводят политику импортозамещения в чувствительных отраслях экономики, однако реализовать это можно только с течением времени, которое необходимо, чтобы вывести ассортимент и качество производимой продукции на сопоставимый с внешними конкурентами уровень», — заключила руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам».

Государство сегодня пытается поддержать производство и спрос (через льготные кредиты, госзакупки и бюджетные выплаты) и одновременно изымает ликвидность у того же бизнеса через рост налогов, рассказал «Московской газете» член экспертного совета Комитета Госдумы по защите конкуренции Дмитрий Тортев:

«В результате экономика начинает держаться только на внутреннем спросе — во всяком случае, пока. Поэтому всякого рода протекционистские меры в госзакупках, текущие и перспективные, — это важный инструмент, контур замысла понятен, но исполнение пока дает сбои».

По мнению эксперта, отношении определенных системных игроков могут приниматься решения о прямой финансовой поддержке. Но, по сути, в этом случае государство признаёт, что рыночными методами эти предприятия не могут ни произвести, ни закупить необходимое.

«В рамках избранной модели точечная поддержка одного производителя выглядит логично: если вы не можете поддержать всю отрасль, поддержите хотя бы того, кого считаете критически важным. Проблема, однако, в том, что таких «ходоков» становится всё больше, и такая политика в целом не решает системных причин кризиса — высокой стоимости денег, опережающего роста тарифов и сжатия внутреннего спроса», — сказал Дмитрий Тортев.

Определенные надежды в поддержке малого предпринимательства правительство возлагает на восстановление потребительского спроса.

«Бюджетные выплаты семьям с детьми, индексация зарплат бюджетников, рост МРОТ должны поддержать доходы населения. По прогнозу господина Решетникова, в 2026 году реальные доходы вырастут на 1,6%, а по мере снижения нормы сбережений с исторического максимума в 16,6% больше денег пойдет на потребление. Но всё это может решать лишь тактические задачи — более 2/3 бизнеса не заглядывает дальше, чем на год, и в таких условиях рассчитывать на опережающий инвестиционный рост и повышение производительности, о которых говорит министр, в близкой перспективе довольно сложно», – заключил член экспертного совета Госдумы по защите конкуренции.