Может ли человек быть счастливым, не задумываясь о смысле жизни

Психолог Валерий Ивановский назвал причину тревоги, апатии или внутреннего страдания

В апреле 2026 года индекс счастья россиян, измеряемый Всероссийским центром изучения общественного мнения, упал до минимума за 11 лет и составил 52 пункта. Ещё в апреле прошлого года он находился на отметке 63 пункта, а к декабрю вырос даже до 66 пунктов. Счастливыми себя назвали 74% опрошенных, а несчастливыми – 22%. Глава ВЦИОМ Валерий Фёдоров ранее уточнил, что скачки индекса счастья обычно связаны с экономическими обстоятельствами. Другой опрос, проведённый порталом «Работа.ру», в целом подтвердил этот тезис. Для 76% респондентов главным источником счастья является высокий заработок, для 73% — хорошие условия жизни, а другие источники счастья, такие как крепкая семья, дети, друзья или увлечение, участники опроса выбирали значительно реже. 

О том, влияет ли на ощущение счастья понимание смысла жизни «Московской газете» рассказал клинический психолог Валерий Ивановский.

— Влияет ли наличие жизненной цели на субъективное ощущение счастья?

— Безусловно влияет. Более того, это две прямо взаимосвязанные величины. Дело в том, что жизненные цели в другой интерпретации называются смыслами жизни. Это то, что придаёт нашей жизни значение, то есть для чего мы живём. И в этой связи счастье — это не просто некое эмоциональное состояние удовлетворённости своей жизнью и её обстоятельствами. Счастье — это динамическая величина, которая показывает количество желаемого и реализованного, то есть то, что я хочу и то, что я получаю. Для того, чтобы это происходило, человек должен иметь много целей и должен их достигать. Для достижения цели он должен обладать определёнными знаниями, навыками и умениями. Это с внутренней стороны, а с внешней стороны это предполагает, что внешняя ситуация, то есть ситуация социальная, экономическая, культурная, она благоволит тому, что человек может использовать её как платформу, базис как раз для достижения своих целей. Поэтому целеполагание — это сама жизнь, а счастье — это показатель, который показывает глубину её осмысленности, результативности, правильности.

— Может ли отсутствие понимания смысла жизни становиться причиной тревоги, апатии или внутреннего страдания?

— Как правило, это и является основным источником всех вышеназванных переживаний, потому что для человека, который не понимает, для чего и зачем он живёт, ни одно достижение, ни одно событие, происходящее во внешнем периметре его жизни и во внутренних просторах его души всё равно не будет приносить ему удовлетворение. И тут очень важно, что для полноты переживания жизни, для субъективного ощущения счастья необходимо обладать этим глубоким, структурированным знанием о том, из достижения каких целей складывается жизнь.

— Всегда ли человек, знающий смысл своей жизни, чувствует себя счастливее?

— Он всегда чувствует себя счастливее при условии, что, узнав, в чём смысл цели его жизни, он имеет достаточно навыков и умений, а также условия внешней среды, которые позволяют ему этих целей достигать. 

— Может ли поиск смысла жизни приносить человеку не только удовлетворение, но и страдания?

— Конечно, это именно так. Причём страдание может возникать двояко. Первое — когда человек пытается найти смысл жизни, он может его не найти, и он испытывает при этом большую фрустрацию, разочарование. И второе — когда он пытается эти цели осуществить, но, допустим, у него недостаточно сил, возможностей, навыков, умений, информации, образования, или всё это есть, но внешняя среда, жизненные обстоятельства складываются таким образом, что человек понимает, что он хочет, обладает знаниями для этого, но не находит внешней опоры, возможностей для этой реализации. Даже если я хороший кораблестроитель и знаю, из каких пород дерева и как строить корабль, какими инструментами необходимо пользоваться, но сама пустыня не предполагает наличия древесины в достаточном количестве для того, чтобы этот корабль построить. Поэтому такие ситуации всегда будут приводить к страданию.

— Как человеку справиться с ощущением бессмысленности жизни?

— Для этого есть только один способ — это обрести смысл своей жизни. И мы говорили, что самый короткий, самый результативный путь заключается в том, чтобы понять, что смыслы жизни — это и есть цели, то есть обрести определённое целеполагание. Если мы с вами более подробно будем рассматривать, в чём же заключаются цели жизни, мы неминуемо выйдем на отождествление целей и потребностей, которые мы удовлетворяем. То есть цели жизни — это те потребности, которые у нас возникают и удовлетворение которых необходимо, чтобы жизнь продолжалась и развивалась. Мотивационная сфера раскрывается в понимании того, что человек со своим смыслом жизни представляет единство трёх слагаемых: его тело, психика и социальные роли. Поэтому для полноценного удовлетворения потребностей необходимо понимать, в сфере какого слагаемого они находятся. Телесные потребности мы также называем материальными, они же составляют основу материальных ценностей, то есть удовлетворение материального закладывает фундамент удовлетворённости жизнью. С другой стороны, нам необходимо удовлетворять и потребности психические, прежде всего потребности в общении, в уважении и любви. Эти потребности так или иначе всегда являются определёнными нормами, поведенческими паттернами, которые мы должны использовать, чтобы удовлетворять свои материальные потребности, находясь в окружении других людей. Соответственно, можно отождествить потребности психические или психологические с определёнными морально-нравственными ценностями. То есть это нормы, которые предписывают наиболее эффективные пути, наиболее результативные алгоритмы и эвристики, как удовлетворять свои потребности, находясь в обществе, и при этом не вредить, не ущемлять другого. А с третьей стороны, это потребности социальные, они же называются духовными, из которых рождаются идеалы. То есть это обобщённые, наиболее глубокие представления о жизни, ориентируясь на которые, человек проживает наполненную, счастливую, результативную жизнь. И надо понимать, что каждая следующая потребность возникает после удовлетворения предыдущей, и каждая следующая потребность требует всё больших энергетических затрат. Кроме того, если материальные потребности выражаются такими внутренними состояниями, как жажда или голод, то психологические и социальные потребности — это всегда результат определённых знаний, информации, полученной извне. Чтобы мы могли эту потребность осознать и опредметить, необходим кто-то внешний, кто нам об этом расскажет. В этом суть в том числе образования и воспитания. Они как раз через знания закладывают понимание тех потребностей, удовлетворение которых поощряется нормами данного общества, а также желательных и недопустимых путей их достижения.

— Может ли человек быть счастливым, не задумываясь о смысле своего существования вовсе?

— Я думаю, что нет. Человек может достигать неких статических состояний или некой эйфории, особенно это возможно при направленной медитации или прочих способов. Но именно то счастье, о котором мы говорили, то есть сознательная удовлетворённость балансом того, чего я хочу и того, чего я достигаю, возможна только как большая, кропотливая, осознанная работа, связанная с пониманием целей, которых необходимо достигать, и с получением необходимых знаний, которые даёт нам понимание инструментов и алгоритмов их достижения. Кроме того, такая осознанность в значительной степени благоволит тому, что человек приводит внешнюю среду в соответствие со своими потребностями. Человек активно воздействует на внешний мир для того, чтобы создать наиболее благоприятные условия для удовлетворения своих потребностей, то есть для того, чтобы быть счастливым.

— Как потеря прежних жизненных целей влияет на психологическое состояние человека?

— Негативным образом. Как только человек теряет смысл жизни, значительно возрастает ощущение беспомощности, никчёмности и, соответственно, определённых тревог, страха за себя, за своё будущее, субъективное ощущение неспособности совладать с большим внешним миром, который неминуемо начинает казаться угрожающим.

— Можно ли с помощью психотерапии помочь человеку найти новые жизненные ориентиры?

— Это очень непростой вопрос. Дело в том, что смыслы и цели жизни, с одной стороны, заключены в большом массиве культуры как результат коллективного социального поиска наиболее приемлемых способов жить во времени на определённой территории. Сюда входят как способы ведения хозяйства, то есть экономика, так и способы организации совместной жизни, политика, и способы социального общежития и многое другое. Поэтому это прежде всего результат социализации, то есть усвоения культуры, определённых знаний. А когда мы говорим о терапевтической работе, это определённая помощь, которая заключается в том, что человека учат находить наиболее результативные способы взаимодействия с внешним миром, исходя из конкретных обстоятельств. И специалистов, которые обладают достаточной глубиной и философских, и научных знаний, которые могут проводить такие интервенции, мало. Это всегда очень ситуативно и очень индивидуально. Потому что если мы будем при помощи терапии реорганизовывать человека, то это может привести не к тем результатам, на которые мы рассчитывали изначально. Надо понимать, что, когда мы говорим о счастье, мы говорим о невероятно глубоком пласте и теоретических, и практических знаний, которые применяет человек в своей жизни. И если мы будем говорить о терапии, как способе изменить мировоззрение и сделать человека счастливым, то получается, тот, кто осуществляет терапию, должен обладать очень глубокими знаниями и жизненным опытом. Он должен быть не просто умным, не просто квалифицированным, а именно мудрым. То есть все его практические знания должны пройти горнило жизненного опыта. Недаром говорят, что жизнь прожить — не поле перейти. Поэтому, если терапевт не обладает достаточным багажом именно теоретических и практических знаний, то такое мировоззренческое воздействие может быть чревато негативными последствиями. А если мы с вами посмотрим на практику жизни, то увидим, что до сих пор существует большое количество организаций, которые выдают дипломы и сертификаты специалиста после прохождения курса продолжительностью несколько недель или месяцев. Сама такая постановка вопроса вызывает определённую тревогу. Поэтому, если мы говорим о терапии у конкретного специалиста, который является профессионалом экстра-класса, философом с большой буквы, экспертом, творцом, тогда это имеет смысл. Во всех остальных случаях мы должны подходить к этому достаточно осторожно.

Ранее Валерий Ивановский рассказал о том, в чём заключается высший смысл существования человека, всегда ли нужно его искать и можно ли полноценно жить, руководствуясь только материальными желаниями.