Ключевая ставка в России может опуститься до уровня 5% не раньше 2028 года

Для приближения ставки в России к уровню других развитых стан, потребуется диверсификация экономики и снижение инфляционных рисков

Когда в России ставка будет как в других развитых странах, например в США?

«Уровень ключевой ставки в развитых экономиках мира существенно разнится. Так, в 2025 году самые низкие банковские ставки были зафиксированы в Швейцарии — 0%, в Швеции — 1,75%, Дании — 1,6%. В США и Великобритании она была несколько выше — 3,75%, в ЕС — 2,5%. Текущий уровень ключевой ставки в России составляет 14.5%. Снижение ставки в РФ до уровня ведущих мировых экономик — сложная задача, предполагающая решение четырех ключевых проблем с которыми столкнулась российская экономика в последние несколько лет: снижение инфляции, инфляционных ожиданий; дефицит кадров; оперативное изменение внешних условий. Выполнение большей части из указанных условий возможно уже к середине 2027 года. При этом в среднесрочной перспективе регулятором запланировано снижение ключевой ставки до 7,5%-8,5%, которое с высокой степенью вероятности будет достигнуто к концу 2027 года», — рассказала «Московской газете» доцент кафедры корпоративных финансов и корпоративного управления Финансовый университет при правительстве РФ Ольга Борисова.

Но все равно, это будет выше чем на Западе?

«В 2028 году при условии сохранения положительной динамики бизнес и население вполне могут ожидать ключевую ставку порядка 5%, а в 2029-м имеется высокая вероятность снизить стоимость капитала до уровня ЕС и США», — добавила эксперт.

Почему вообще появился такой серьезный разрыв?

«В развитых странах, особенно в США, исторически низкие ставки стали возможны благодаря глубоким и ликвидным финансовым рынкам, статусу резервной валюты, высокой степени доверия инвесторов и относительно предсказуемой макроэкономической политике. Эти факторы позволяют Центробанкам поддерживать ставки на умеренном уровне даже в периоды роста. Российская экономика, несмотря на значительный прогресс в области макроэкономической стабильности за последние годы, продолжает функционировать в иной парадигме. Ей присущ более высокий премиум за риск, обусловленный как внешнеполитическими факторами, так и структурными особенностями: зависимостью от сырьевого экспорта, необходимостью поддерживать конкурентоспособность несырьевого сектора, высокой чувствительностью к колебаниям цен на энергоносители», — отметила консультант по стратегическому и антикризисному управлению, генеральный директор «Вместе.ПРО» Олеся Бережная.

То есть, все упирается в инфляционные риски на фоне нестабильности цен на нефть, и так будет продолжаться, пока экономика не будет диверсифицирована?

«Банк России, проводя политику таргетирования инфляции, вынужден учитывать эти повышенные риски, что часто приводит к необходимости поддерживать более жесткую денежно-кредитную политику и соответственно более высокую ключевую ставку по сравнению с ФРС или ЕЦБ для сдерживания инфляционных ожиданий и обеспечения стабильности национальной валюты. Таким образом, сближение ставок будет возможно лишь при условии глубоких и необратимых структурных преобразований, ведущих к диверсификации экономики, снижению ее волатильности и, что критически важно, значительному повышению доверия международных инвесторов и снижению геополитической премии за риск. Это процесс, измеряемый не годами, а скорее десятилетиями», — резюмировала эксперт.

Пока не удастся выйти на целевой ориентир по инфляции, решительного снижения ставки не произойдет.

«Текущая траектория снижения ключевой ставки, которую мы наблюдаем этой весной, это результат «ювелирной» работы финансового блока. Мы вышли на таргет по инфляции в 4% не ценой удушения бизнеса, а через замещение импорта и расширение собственного производства. Да, номинально наша ставка всё еще выше американской, но давайте смотреть в корень. В США ставка сейчас — это инструмент сдерживания кризиса доверия к доллару и обслуживания непомерного госдолга. У нас же ставка в 8-9% (к которой мы плавно подходим в этом цикле) — это фильтр эффективности. Она отсекает спекулятивные схемы, оставляя капитал тем, кто строит заводы, а не играет на курсовых разницах», — поделился своим мнением с «Московской газетой» старший преподаватель кафедры экономики и государственного управления Славяно-греко-латинской академии, доктор делового администрирования (MBA/DBA) Роман Синицын.

Но ведь высокая ставка и дорогие кредиты душат экономику?

«Через механизмы Фонда развития промышленности и программы льготного кредитования высокотехнологичных отраслей эффективная ставка для стратегических предприятий сегодня составляет от 1% до 5%. Это и есть наше суверенное решение проблемы «дорогого кредита». Мы не стали ждать, пока общие рыночные условия сравняются с Нью-Йорком или Франкфуртом, мы создали параллельный контур развития внутри страны», — добавил эксперт.