Новость общества

Журналисты рассказали о нарушениях их прав и задержаниях во время работы на акциях протеста

Журналисты рассказали о нарушениях их прав и задержаниях во время работы на акциях протеста

Фото © «Московская газета»/Алёна Черепкова

01.02.2021 в 16:08:00
4199

Эксперты высказались о задержаниях журналистов, исполняющих свои обязанности

31 января в ряде городов России прошли несанкционированные акции в поддержку оппозиционера Алексея Навального. По данным «Новой газеты», количество задержанных на несогласованных мероприятиях по состоянию на утро 1 февраля составляет более 5 тысяч человек.

Среди задержанных, помимо рядовых граждан, оказались и журналисты, освещавшие акцию и выполнявшие свой профессиональный долг. По данным СМИ, в разных городах России во время протестных акций задержали около 60 представителей СМИ. Ко многим из них у правоохранителей возникли претензии, несмотря на наличие пресс-карт, редакционных заданий и отличительных знаков в виде ярких жилетов с надписью «Пресса».

Кроме того, на акции в Москве многим журналистам было отказано в доступе на некоторые перекрытые улицы. Правоохранители разворачивали представителей СМИ перед ограждениями и предлагали искать пути обхода, чтобы пройти к Лубянской площади, где планировалось проведение акции. Также сотрудники полиции требовали у журналистов предоставить редакционное задание, распечатанное на соответствующем бланке. Тех, у кого такового не имелось, порой даже не выпускали из оцепления. 

Председатель Союза журналистов России Владимир Соловьев в беседе с корреспондентом «Московской газеты» подтвердил, что на двух несанкционированных акциях, которые прошли в России 23 и 31 января, были задержаны сотрудники СМИ. Более того, по его словам, к некоторым журналистам была применена физическая сила.

«Союз журналистов всегда мониторит подобные события и главная наша задача — защита журналистов и их свобода в исполнении своих профессиональных обязанностей. 23 и 31 января мы также следили, где были задержаны журналисты и как нарушались их права. Так, 23 января, по нашим подсчетам, для проверки документов были задержаны около 40 работников СМИ и почти сразу отпущены. Также известны несколько случаев, когда журналистам нанесли травмы: в частности, корреспондентам «Медузы» и «Новой газеты». А 31 января, по данным нашего мониторинга, были задержаны около 60 журналистов. Для проверки документов задерживали известных личностей, таких как Пархоменко, Шевченко и Минкин, но именно он в данном случае выступал как участник событий, потому что вышел на одиночный пикет с плакатом. Что касается физических повреждений, то, например, в Сакнт-Петербурге одному корреспонденту нанесли удары дубинками или ногами, разбили ему фототехнику. По нашим данным, это единственный случай, и мы будем им заниматься. Все остальные случаи – это задержания для проверки документов, и практически сразу наши коллеги возвращались к исполнению своих служебных обязанностей», — рассказал Владимир Соловьев.

Председатель Союза журналистов России подчеркнул, что сотрудники Росгвардии и полиции должны понимать: если у человека жилет с надписью «Пресса» и он по первому требованию предоставляет журналистское удостоверение – трогать его вообще нельзя.

«В ближайшее время Союз журналистов совместно с Роскомнадзором и Росгвардией будут разрабатывать некий стандарт жилетов, чтобы все четко понимали: если человек выглядит таким образом, то трогать его нельзя. 31 января на акции было очень много представителей СМИ, порой даже больше, чем митингующих. Именно поэтому вчера было больше задержаний журналистов. Но чаще всего они легко проходили через ряды полиции и их никто не трогал. Думаю, постепенно мы добьемся, чтобы правоохранители давали возможность свободно работать всем журналистам», — сказал председатель СЖР.

Кроме того, Владимир Соловьев внес ясность в вопрос о журналистских удостоверениях и редакционных заданиях:

«Мы уже неоднократно говорили об этом, и мои коллеги просили довести до полиции, что у журналиста можно требовать либо журналистское удостоверение, либо редакционное задание. Требовать и то и другое — это нарушение со стороны правоохранителей», — заключил эксперт.

Стоит отметить, что задержания журналистов наблюдались не только в Москве. Так, например, в Твери были задержаны, по крайней мере, два представителя СМИ. Об этом «Московской газете» рассказал редактор информационного портала «Weekend-Тверь» Александр Гамбург.

«Участников митинга в нашем городе действительно задерживали жестко. А вот в отношении журналистов особой жестокости не было, но задержания наблюдались. Так были задержаны двое журналистов и фотограф. Стоит отметить, что они работали по редакционным картам, с соответствующими бейджами, и у каждого было редакционное задание. Так, были задержаны корреспондент газеты «Караван Ярмарка» Александр Селюк и моя коллега, корреспондент портала «ПолиТверь» Дарья Самарина. Она даже не успела прийти на митинг, а только подошла и начала доставать фотоаппарат, когда к ней подошли правоохранители. Я предполагаю, что ее очень быстро узнали из-за запоминающейся внешности, и затем поступила команда на задержание. Их продержали их в отделении полиции примерно три часа, после чего отпустили. Мне пришлось звонить в некоторые инстанции и просить помощи, но обошлось без этого, — рассказал Александр Гамбург. — Дарью отпустили после того, как она дала свои комментарии, почему она появилась на митинге. Насколько мне известно, задержанным журналистам якобы сказали, что поставили их «на карандаш», и если они еще будут появляться на таких мероприятиях, то последует более серьезное наказание. Дарья возмущена до сих пор. Она собирается консультироваться с юристом по поводу возможных препятствий работе журналиста, то есть, законным действиям. Но я считаю, что в текущей ситуации такие решения бесперспективны».

Также Александр Гамбург отметил, что по некоторым, данным количество задержанных участников акции в Твери составляет около 120 человек. Однако журналист считает, что их может быть гораздо больше:

«Примерно четыре автобуса прибыло к одному отделению, а это, предполагаю, порядка 130-140 человек задержанных. А ведь есть и другие отделения полиции. Я думаю, что реальное число задержанных может быть около 300-350 человек. Может быть и больше. Факт в том, что у нас в роли автозаков были использованы обычные пассажирские автобусы. Со вчерашнего дня в обществе к ним привязалось название: теперь это автозак. Думаю, люди, которые проехались в них в качестве задержанных, потом уже будут садиться в эти автобусы с неким осадком».

Кандидат юридических наук Екатерина Скосаренко в беседе с журналистом «Московской газеты» напомнила, что, согласно п. 7 ч. 1 ст. 47 Закона РФ о СМИ, журналист вправе посещать общественные мероприятия, в том числе специально охраняемые места беспорядков и скоплений граждан. А также присутствовать на митингах, пикетах, публичных акциях и демонстрациях, даже если они не одобрены властями и не согласованы. Это его работа, отмечает эксперт, поэтому задерживать журналиста во время исполнения своих трудовых обязанностей незаконно.

«Выполнение трудовых обязанностей, которые прямо предусмотрены законом, не может быть признано административным правонарушением в соответствии со ст. 20.2 КоАП РФ (нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования). Разумеется, ответственности не будет в том случае, если на митинге журналист выполнял все возложенным на него законом обязанности, не выкрикивал политические лозунги, а исключительно свидетельствовал происходящее, имел предусмотренные знаки отличия представителя прессы, удостоверение и редакционное задание, — подчеркивает юрист. — Задержание журналиста – это ущемление свободы массовой информации. Воспрепятствование профессиональной деятельности СМИ в какой бы то ни было форме со стороны граждан, должностных лиц государственных органов и организаций и их сотрудников, что согласно ст.58 ФЗ «О СМИ» влечет уголовную, административную, дисциплинарную или иную ответственность в соответствии с законодательством РФ. В частности, может идти вопрос о возбуждении уголовных дел по ст.144 УК РФ (воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов), административных дел или дисциплинарных взысканий (в зависимости от степени тяжести содеянного). В случаях незаконных задержаний представителей прессы сотрудники правоохранительных органов, как правило, пытаются доказать, что это сами журналисты нарушили закон (или принимали активное участие в митинге в качестве участника, или же не имели отличительных знаков). Поэтому нужно заручиться поддержкой свидетелей и фото- и видеоматериалами, подтверждающими, что все требования журналист выполнил (в частности, имеет при себе удостоверение, редакционное задание и отличительный знак), чтобы оспорить факт незаконного задержания».

В свою очередь, член президентского Совета по правам человека, правозащитник Александр Брод отмечает, что тема несанкционированных акций не так проста, как может казаться на первый взгляд.

«С одной стороны право граждан собираться и высказать свою точку зрения никто не отменял, это закреплено Конституцией. Но, с другой стороны, по тому же российскому законодательству, массовые мероприятия необходимо согласовывать с органами власти, чего сделано не было, и подобные попытки даже не предпринимались. Также необходимо учитывать, что в регионах России в условиях пандемии сейчас особый режим, который тоже не предусматривает проведение массовых акций. Поэтому пред полицией стоит задача: либо исполнять закон, либо закрывать глаза на часть этого закона. Правоохранительные органы формально выполняют законодательство, то есть, пресекают несогласованные акции, и здесь их трудно упрекнуть, — сказал правозащитник. — Тема, касающаяся конкретно журналистов, поднималась председателем союза журналистов России Владимиром Соловьевым. Журналисты выполняют свой долг, и к ним нельзя применять меры задержания, разъяснять им законодательство и объяснять, какая ответственность грозит за нарушение законодательства. Тем более, если они носят опознавательные знаки. У нас в Совете также идут дискуссии по этому вопросу, и несколько членов совета лично наблюдали за протестными акциями в разных регионах. В данном случае опять же встает эта дилемма конституционного права и конкретных условий, связанных с пандемией. Поэтому я считаю, что здесь ответственность лежит на организаторах акций, потому что они абсолютно не предупреждают граждан об ответственности, не заботятся об их безопасности, упорно проводят эти мероприятия и планируют проводить их дальше. Однако тема участия журналистов в таких акциях должна быть обсуждена отдельно. Должны состояться встречи между руководством Союза журналистов, правозащитниками и руководством Министерства внутренних дел с целью разъяснения прав журналистов. Потому что и сами журналисты способны в своих материалах объяснить неправовой характер подобных акций и чем они опасны. Поэтому видеть в них источник зла и пресекать их деятельность – это неправильно».

Два митинга уже прошли, на подходе, вероятно, следующие. Однако, как показывает практика, не только во время бурных действий может происходить нарушение прав работников СМИ. Иногда это может быть и в период подготовки к обеспечению безопасности на незаконных акциях. Так, Роскомнадзор пообещал крупные штрафы за «распространение фейков, касающихся несанкционированных митингов». Например, таковыми будут считаться завышенные показатели о количестве участников незаконных митингов, а также о якобы имевших место фактах насилия и столкновений.

Кандидат юридических наук Екатерина Скосаренко напомнила, что существует закон, который говорит о полномочии Роскомнадзора потребовать СМИ удалить контент при обнаружении факта обнародования недостоверной общественно значимой информации, распространяемой под видом достоверных сообщений, создающей угрозу причинения вреда жизни и/или здоровью граждан, имуществу, угрозу массового нарушения общественного порядка и/или общественной безопасности либо угрозу создания помех транспорту и так далее. Если контент не удален, то тогда могут последовать штрафы и другая предусмотренная законом ответственность, вплоть до уголовной - согласно ст. 207.1.  УК РФ за публичное распространение заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан.

«Главный вопрос в том, кто и как будет проверять и доказывать достоверность или недостоверность контента? Если журналист свидетельствует, что видел 10 человек (или 100, или 1000), и потом пишет об этом, то, объективно говоря, нет оснований обвинять его в фейках. На чаше весов Фемиды это доказательство должно, согласно духу и смыслу процессуального права, уравновешивать предъявляемые официальными властями данные по численности митинга. Свидетельства очевидца юридически некорректно признавать фейком. За то, что человек увидел и рассказал, не должны штрафовать. Ведь сами по себе показания свидетеля о событии – это и есть доказательство их достоверности. Кто «достовернее» видел? Полиция или журналисты? Будет решать суд. Сейчас такой подход, увы, может допускать оперативно адаптированное к запросам правящих сил законодательство. Хотя по Конституции гарантирована свобода мнений и оценок, и их свободное распространение. И за мнение не должно быть ответственности, — объяснила юрист. — Второй момент заключается в том, что вряд ли можно признать информацию о предположительном числе участников на уже прошедшем мероприятии, контентом, угрожающим жизни и здоровью граждан, общественному порядку или же работе транспорта. Событие уже прошло, и отнюдь не очевидно, чем именно в будущем угрожает такая информация защищаемым государством ценностям. Возможно, в Роскомнадздоре предполагают, что все читатели сетевых изданий резко ринутся на несанкционированный митинг, если прочитают, что число участников было 1000, а не 300, как посчитали власти. Тем не менее, Роскомнадзору в любом случае нужно будет доказать, создается ли этой недостоверной информацией угроза и чему именно. Иначе ни о какой ответственности и штрафах также не может идти речь. Но, к сожалению, в судах не всегда могут приниматься основанные на праве решения, и в политических соображениях могут штамповаться штрафные постановления, инициированные контролирующими органами. Был бы повод, а статья найдется».

В свою очередь, Владимир Соловьев отмечает, что, возможно, у Роскомнадзора есть основания для таких мер, но сам эксперт считает их необязательными и даже бессмысленными.

«Мы очень внимательно следили за фейками, которые еще весной прошлого года возникли в связи с коронавирусом. И понятно, что «плохая» информация всегда продается лучше, чем «хорошая». А панические страхи передаются быстрее. Тогда Роскомнадзор стал наказывать за панику и распространение фейков, связанных с коронавирусом. Возможно, тут он действует по той же логике, потому что в ситуации, когда идет такое массовое нарушение общественного порядка, какая-то информация может быть, с точки зрения чиновников, фейковой. Вероятно, они думают, что сильно завышение количества участников может вызвать в обществе соответствующее впечатление о незаконных мероприятиях, и считают, что это нужно сдерживать. Но мне кажется, что в объявлении разного количества участников с разных сторон ничего сильно страшного и опасного нет. Особенно если это субъективный взгляд, и человек сообщает об этом. На его субъективный взгляд было такое количество участников, белый счетчик насчитал другое количество, а органы насчитали третье. А истина где-то посредине, как обычно и бывает на митингах», — заключил эксперт.

Ранее Екатерина Скосаренко рассказала «Московской газете», почему вручение предостережений журналистам в свете готовящихся несанкционированных акций может быть правовым абсурдом.

Автор: Дарья Алифанова
ТеГИ
акции протеста, пресса, СМИ
Поделиться
Похожие новости