Новость общества

Как работают сельские учителя в регионах и с какими конфликтами сталкиваются

Как работают сельские учителя в регионах и с какими конфликтами сталкиваются

Фото © «Московская газета»

26.02.2024 в 17:54:00
1894

«Московская газета» продолжает тему условий труда учителей и популярности этой работы. Как рассказали собеседники издания в регионах, трудности у учителей не только с зарплатой и занятостью, но и с детьми и их родителями: в конфликтных ситуациях учитель может оказаться бессилен даже против пятиклассника с проблемами в поведении. Впрочем, ответственность за такое поведение детей лежит в первую очередь на родителях. Что касается отчётности, которую ведёт учитель, её немало даже на первом году работы. В ряде ситуаций тот формат образовательного процесса, который задаётся институтами власти, не способствует качеству образования

Поволжье

К сожалению, школьное образование в России зачастую становится жертвой формализма и карьеризма, идущего «сверху», рассказал «Московской газете» учитель истории и обществознания, член профсоюза «Учитель» Дмитрий Казаков (Нижегородская область).

«Это очень удобный инструмент для построения карьер чиновников в сфере образования, — пояснил учитель. — Некоторым из них выгодно через Министерство образования, через школы, через институты проводить свои планы, реализовывать идеи, которые при этом финансируются государством. Проводить различные акции, мероприятия, конкурсы, демонстрировать свой патриотизм, отрабатывать полученные гранты, при этом постоянно меняя образовательные программы».

К сожалению, это далеко не всегда действительно идёт на пользу образованию, а в школьной жизни порой присутствуют разобщённость и напряжённая атмосфера, отметил Дмитрий Казаков.

«Учителя в школе обычно оказываются один на один со всеми выпадающими на них проблемами, — говорит собеседник издания. — При этом существует иногда определённое противостояние между учителями и учениками, учителями и родителями. Учителя не объединены массово в профсоюзы. Хотя и существует такой небольшой профсоюз, как наш. Родители тоже разобщены, не организованы должным образом в родительские сообщества. То есть, люди готовы бороться за права своего конкретного ребенка или класса, а всей школы – нет. Чиновники рассказывают, какие учителя плохие (или какие плохие директора) и как они не дают воплотиться их идеям, не доделывают свою работу, а учителя в свою очередь любят говорить, какие плохие родители и как они не заботятся о воспитании и образовании своих детей. Хотя, на самом деле и детям, и их родителям, и учителям нужно одно: чтобы дети получили хорошее образование. Иногда отношения между всеми участниками образовательного процесса выстраиваются замечательные, но общая тенденция, к сожалению, иная. Отношения между родителями и учителями тяжелые. К учителю относятся, как к официанту или продавцу, и если родителям кажется, что он плохо «обслужил» их детей, то они считают, что на учителя надо написать жалобу. Очень искаженные представления у родителей об образовании, очень искаженные представления у учителей о родителях. Вообще без ориентиров находятся дети, они не участвуют в управлении школой, хотя по закону об образовании имеют на это право. Школьное самоуправление носит скорее декоративный характер. Совет родителей как механизм работает недостаточно хорошо, всё это держится только на очень инициативных людях. Конфликтные комиссии, на мой взгляд, тоже могли бы работать лучше. У школы не всегда есть стратегии, она живёт в режиме чисто рефлекторного реагирования на возникающие ситуации. Недовольство в этой среде всегда присутствует и даже подогревается. При этом у директоров стоит задача это недовольство гасить. Чтобы всё было тихо. Учителя, ученики и родители вместе могли бы составить ту силу, способную организовать школьную жизнь должным образом, но находятся в состоянии разобщения».

Если в возможном конфликте с руководством школы учитель более-менее защищён законодательством, то в конфликте с учениками или родителями он практически беззащитен, заметил Дмитрий Казаков.

«Совсем недавно мой коллега, так сказать, попал в ситуацию конфликта с родителем ученика, — посетовал учитель. — Родитель писала на него жалобы, подавала заявления в полицию и т.д. Закончилось все тем, что педагогу пришлось перейти в другую школу. И таких случаев хватает. Все существующие инструменты защиты учителя работают недостаточно эффективно. Потому что нет активного участия в жизни школы со стороны общества. Не хватает активного участия в жизни школ самих учителей. Формальную поддержку коллеги и администрация оказать могут, но в целом вовлечённость учителей во все эти процессы – декоративная, выраженная в жалобах и письмах, которые мало что меняют. Это не позволяет учителю успешно противостоять травле, которая нередко случается».

Нападки бывают не только со стороны родителей, но и со стороны детей, отметил педагог.

«Если в обществе есть какой-то уровень агрессии, это отражается и на поведении детей, — пояснил Дмитрий Казаков. — Особенно, если это безнадзорные дети, то есть, если родители не уделяют им внимания. Несколько недель назад у меня начался конфликт с учениками 3 и 5 классов. Изначально дети вели себя так, что мне пришлось обращаться и к их родителям, и к администрации школы. Пришлось даже подключать полицию. В итоге у меня состоялся разговор с этими детьми у них дома в присутствии представителей компетентных органов. После этого дети даже не то чтобы ничего не осознали, более того, они стали писать в соцсетях комментарии под моими фотографиями, обзываться и т.д. Потом при случайной встрече на улице с моей супругой, которая сделала маленькое замечание по поводу их поведения, дети стали напрямую ей угрожать, называть «врагом» и т.п. Существует очень мало инструментов, чтобы как-то решать подобные ситуации. Я собираюсь обратиться в Комиссию по делам несовершеннолетних, но не уверен, что это что-то даст. Подчеркну, что за такое поведение детей ответственны в первую очередь родители, которые не уделяют им внимания, не занимаются их воспитанием. Но в подобных ситуациях дети чувствуют свою безнаказанность. Ты не можешь, по большому счёту, даже остановить их и поговорить с ними, потому что они могут пожаловаться родителям: «Вот, он нас остановил». А родители могут обратиться в полицию. С этим столкнулась моя коллега, заслуженный педагог, отработавшая в школе почти 30 лет. Как-то вечером к женщине нагрянула полиция. По заявлению мамы одного из учеников, которая почему-то решила, что её ребёнка не отпустили на уроке в туалет, и поэтому он описался. А полиция обязана реагировать на заявления родителей. Конечно, так себя ведут далеко не все родители, это единичные случаи. Невозможно, чтобы абсолютно все дети были воспитанными, а родители адекватными. Но это процент неадекватных родителей, подающих пример своим детям, приводит к тому, что эта ситуация становится очень тяжёлой. Поэтому родительское и учительское сообщество не могут объединиться, между ними царит напряжённость, которая ещё и подогревается соответствующими сюжетами в телевизионных ток-шоу. При этом общество реально не вовлечено в урегулирование таких ситуаций в школьной жизни, учителя, как я уже говорил, во многом остаются со своими проблемами один на один».

Удаётся ли учителям в таких условиях и при том уровне нагрузки, который на них ложится, давать детям качественное образование?

«В целом, несомненно, да, учителя прикладывают для этого все усилия и весь свой опыт, — сказал собеседник». — Но зачастую они действительно трудятся в экстремально тяжёлых условиях. Им приходится брать на себя огромное количество часов, чтобы обеспечить нормальный заработок. Естественно, осуществить свою педагогическую деятельность на каком-то высоком уровне становится тяжелее. Растет нервозность. Плюс ко всему, постоянные контрольные, ЕГЭ, ОГЭ, смена учебных программ не создают благоприятного фона для работы. «Сверху» от учителя ждут показателей, результатов, в этом плане даже есть определённое давление. А учителя начинают давить на учеников контрольными, домашними заданиями. Материалы просто в некоторых программах огромные. Все это действительно давит. Но, что странно, тяжелее всего учиться тем детям, которые действительно хотят учиться хорошо. Огромное количество заданий, уроков, в которых постоянно что-то меняется. С другой стороны, ребёнок может учиться, особенно не стараясь, и это будет значительно легче. То есть, сдавать всё на тройки. И его всё равно, скорее всего, будут переводить из класса в класс. У ребёнка создаётся мотивация учиться на тройки, потому что он знает, что четвёрки и пятёрки отнимут у него очень много сил. Учителю так тоже в каком-то смысле легче: если ребёнок сдаст экзамен на двойку, а у него перед этим были тройки, это не будет вызывать больших вопросов, учитель всегда может сказать: «Я же не могу двойку поставить, вот и ставил ему тройки». А вот если ученик пытается учиться на четвёрки, а потом, например, пишет ОГЭ на двойку, то вопросы будут к учителю. Конечно, я замечаю такую тенденцию далеко не везде, но она есть. Когда тройка становится и для ученика, и для учителя приемлемым вариантом».

Насколько велик в силу всего этого отток учительских кадров, насколько школам не хватает учителей?

«В моей школе всего два учителя математики, нагрузка у них практически на две ставки. С учителями русского языка та же история, только нагрузка ещё больше. Приходится привлекать учителей начальных классов, чтобы они помогали вести уроки в 5 и 6 классах. Молодых учителей русского и математики в моей школе вообще нет. Работают люди либо пенсионного, либо предпенсионного возраста. С историками ситуация получше. Обществознание как предмет, если не ликвидируется, то минимизируется в школах. Учителей действительно не хватает. Все пытаются работать хотя бы на полторы ставки, иногда приходится и больше. В целом такая ситуация с образованием не выгодна никому», — заключил Дмитрий Козаков.

Архангельская область

«У меня открытых конфликтов с детьми не возникало, — рассказал «Московской газете» молодой учитель Григорий Дикопольский (Архангельская область). — Но проблема состоит в том, что дети стали менее уважительно относиться к взрослым. Это происходит потому, что родители стали уделять меньше внимания воспитанию детей. Гораздо проще дать ребёнку телефон, чтобы он играл с ним и не мешал. Многие родители считают, что их обязанности заключаются только в том, чтобы их ребёнок был обут, одет и учился в школе. О воспитании думают очень немногие. Конфликты с родителями в моей практике были, при том, что я работаю первый год. Родителям одного из классов показалось, по рассказам детей, что я слишком весело веду уроки, что я якобы слишком многое разрешаю детям и даже «строю глазки» девочкам. Меня вызвали к директору. Благодаря администрации школы мы разобрались в ситуации, ничего криминального в ней не было. Но во всех подобных случаях родители чаще всего встают на сторону детей. Я работаю в посёлке, а вот в городе рядом с нами была ситуация, когда ученик в ходе конфликта с пожилой учительницей разбил ей очки. Учительница подала в суд. Меня возмутило то, что моральная компенсация учительнице по решению суда была в пределах 1000 рублей. И это всё, что суд счёл нужным сделать».

Что с нагрузкой и зарплатой у учителя в Архангельской области?

«Я изначально трудоустраивался на 25 часов в неделю, — говорит Григорий Дикопольский. — Но у меня быстро появилась нагрузка 31,5 час в неделю. Некому кроме меня было взять под классное руководство ещё один класс, также мне пришлось взять учебный курс «Основы психологии» и двух детей на домашнем обучении. В данный момент я получаю психологическое образование через переподготовку. Зарплата у меня выходит около 50 тысяч рублей. Моя коллега работает по 40 часов в неделю, это 8 уроков в день. А ведь к урокам надо ещё подготовиться, что занимает немало времени. У учителей русского языка, математики, у которых много проверки домашних и классных работ: изложения, сочинения, которых особенно много в 6 классе, на всё это уходит огромное количество времени, но проверка тетрадей оплачивается очень низко».

А что с отчётностью?

«У меня сложилось впечатление, что администрация старается оградить меня в первый год работы от лишней нагрузки, — отметил педагог. — Но мне нужно в начале года провести вводную диагностику по русскому и литературе в двух классах — провести, проверить, написать протокол на трех листах, отдать заместителю директора школы. Ещё нужно написать программу по воспитанию на 1 год (иногда она пишется на несколько лет). Разработать рабочие программы по всем предметам. В этом году появилось ПО – электронный конструктор для этих программ. Я думал, с ним будет легче. Но новая программа и новый учебник 5 класса не совпадают. Мне пришлось работать гораздо дольше, чтобы уроки в программе шли в той последовательности, в которой они идут в учебнике. Чтобы детям и мне не приходилось перескакивать по темам со страницы на страницу. Если у нас появляется в классе ребёнок с ограниченными возможностями здоровья, мы пишем для него новую, адаптированную программу, то есть, делаем всю работу ещё раз. Как классный руководитель я должен составлять социальный паспорт класса. Нужно получить информацию от родителей, но при этом максимально корректно. В ноябре 2023 года нам за 2-3 дня пришлось срочно пройти курс обучения от научно-исследовательского института по питанию детей. До сих не понимаю, зачем от нас это требовали, потому что учителя не организуют питание детей. А у меня в те дни была ещё срочная проверка контрольной роботы. Теперь, что касается образовательной платформы «Сферум». На ней нужно зарегистрировать учителей. Пока что это вроде как не обязательно. Но школа получает аккредитацию, и в условиях аккредитации прописано, что учителя должны быть зарегистрированы на платформе «Сферум». Если нет, теоретически школа может аккредитацию не пройти. И руководство школы получает рекомендацию заставлять учителей регистрироваться».

Удаётся ли в таких условиях давать качественное образование детям?

«Отмечу, что качественное образование зависит не только от труда учителя, но и от того содержания, которое дано в учебниках и образовательных программа. Оно недостаточно хорошее, особенно для начальной школы. Например, русский язык. Например, морфология, имя существительное. Правила в учебнике написаны так, что дети их не понимают. Поэтому сначала мы сами формулируем правила, записываем их на доске, а потом работаем с учебником. Сложнейшая тема в 5 классе – слитное и раздельное написание «не» с существительными и прилагательными. Здесь нужно 2-3 урока, а нам даётся только 1. Мы не можем отступать от программы. Если мы задержимся на какой-либо теме, надзорные органы проверят нашу программу найдут несоответствие, и в лучшем случае учителя ждёт выговор, в худшем – увольнение», — заметил Григорий Дикопольский.

Хватает ли школам в Архангельской области учителей?

«В начале учебного года мы сформировали два класса, и выяснилось, что учителей не хватает. На полмесяца у нас согласился работать логопед. За это время мы с трудом нашли нового учителя, который захотел у нас работать. Не хватает учителей русского языка, литературы, истории обществознания, математики, практически по всем направлениям», — заключил педагог.

Читайте также:

У учителей появятся новые права и обязанности

Психолог рассказал, почему подростки не доверяют родителям и как это исправить

Автор: Николай Васильев
ТеГИ
учителя, работа, регионы, трудности
Поделиться
Похожие новости